Как приведённая сцена подготавливает признание Катерины?
Текст к заданию
Действие четвёртое.
Явление четвёртое
Разные лица и потом Кабанова, Кабанов, Катерина и Кулигин.
1-й. Должно быть, бабочка-то очень боится, что так торопится спрятаться.
Женщина. Да уж как ни прячься! Коли кому на роду написано, так никуда не уйдёшь.
Катерина (вбегая). Ах, Варвара! (Хватает её за руку и держит крепко.)
Варвара. Полно, что ты!
Катерина. Смерть моя!
Варвара. Да ты одумайся! Соберись с мыслями!
Катерина. Нет! Не могу. Ничего не могу. У меня уж очень сердце болит.
Кабанова (входя). То-то вот, надо жить-то так, чтобы всегда быть готовой ко всему; страху-то бы такого не было.
Кабанов. Да какие ж, маменька, у неё грехи такие могут быть особенные: все такие же, как и у всех у нас, а это так уж она от природы боится.
Кабанова. А ты почём знаешь? Чужая душа – потёмки.
Кабанов (шутя). Уж разве без меня что-нибудь, а при мне, кажись, ничего не было.
Кабанова. Может быть, и без тебя.
Кабанов (шутя). Катя, кайся, брат, лучше, коли в чём грешна. Ведь от меня не скроешься: нет, шалишь! Всё знаю!
Катерина (смотрит в глаза Кабанову). Голубчик мой!
Варвара. Ну, что ты пристаёшь! Разве не видишь, что ей без тебя тяжело?
Борис выходит из толпы и раскланивается с Кабановым.
Катерина (вскрикивает). Ах!
Кабанов. Что ты испугалась! Ты думала – чужой? Это знакомый! Дядюшка здоров ли?
Борис. Слава Богу!
Катерина (Варваре). Что ему ещё надо от меня?.. Или ему мало этого, что я так мучаюсь. (Приклоняясь к Варваре, рыдает.)
Варвара (громко, чтобы мать слышала). Мы с ног сбились, не знаем, что сделать с ней; а тут ещё посторонние лезут! (Делает Борису знак, тот отходит к самому выходу.)
Кулигин (выходит на середину, обращаясь к толпе). Ну, чего вы боитесь, скажите на милость! Каждая теперь травка, каждый цветок радуется, а мы прячемся, боимся, точно напасти какой! Гроза убьёт! Не гроза это,
а благодать! Да, благодать! У вас всё гроза! Северное сияние загорится, любоваться бы надобно да дивиться премудрости: «с полночных стран встаёт заря», – а вы ужасаетесь да придумываете: к войне это или к мору. Комета ли идёт – не отвёл бы глаз! Красота! Звёзды-то уж пригляделись, все одни и те же, а это обновка; ну, смотрел бы да любовался! А вы боитесь и взглянуть-то на небо, дрожь вас берёт! Изо всего-то вы себе пугал наделали. Эх, народ!
Я вот не боюсь. Пойдёмте, сударь!
Борис. Пойдёмте! Здесь страшнее!
Уходят.
(А.Н. Островский, «Гроза»)
Напишите ответ на листке: 5–10 предложений — утверждение, аргумент и не менее двух примеров из фрагмента. Затем откройте ориентир и критерии ФИПИ и поставьте себе балл — максимум 4 балла.
Ориентир и самопроверка — после «Завершить вариант».
Критерии ФИПИ (демоверсия 2027): поставьте баллы по каждому критерию и сложите.
Ориентир — один из возможных верных ответов, не образец для заучивания. Свой ответ сверяйте по смыслу и по критериям.
Главное утверждение. Сцена подготавливает признание Катерины через нарастание её душевного напряжения: страх смерти и чувство греха усиливаются под воздействием слов окружающих, разговора с мужем и появления Бориса.
Опорные пункты:
• Катерина находится на грани душевного срыва: она крепко хватает Варвару за руку, восклицает «Смерть моя!», признаётся: «Не могу. Ничего не могу». Такое состояние подготавливает невозможность дальнейшего молчания.
• Реплики окружающих усиливают страх неизбежной расплаты: женщина говорит «Коли кому на роду написано, так никуда не уйдёшь», а Кабанова наставляет, что нужно «всегда быть готовой ко всему». В этой атмосфере страх Катерины связывается с нравственной виной.
• Шутки Тихона невольно затрагивают тайну Катерины: «Уж разве без меня что-нибудь», «кайся, брат, лучше, коли в чём грешна». Её ответ «Голубчик мой!» и взгляд в глаза мужу передают мучительное переживание вины перед ним.
• Появление Бориса обостряет внутренний конфликт: Катерина вскрикивает, затем рыдает и говорит «я так мучаюсь». Встреча с возлюбленным в присутствии мужа делает скрываемое чувство источником невыносимого напряжения.
• Речь Кулигина противопоставляет восприятию грозы как угрозы понимание её как благодати: «Не гроза это, а благодать!». Однако Катерина в этом фрагменте не показана успокоившейся; контраст подчёркивает, что её страх обусловлен прежде всего душевным состоянием.