Задание 2 ЕГЭ по русскому языку

Воздушно-пенные огнетушители наиболее удобны для тушения тлеющих материалов, а также горючих жидкостей. Конструкция насадки обеспечивает подачу воздушно-механической пены средней и низкой кратности.

Воздушно-пенные огнетушители не должны применяться для тушения оборудования, находящегося под электрическим напряжением, для тушения сильно нагретых или расплавленных веществ, а также веществ, вступающих с водой в химическую реакцию, <…> сопровождается интенсивным выделением тепла и разбрызгиванием.

По принципу создания давления в их корпусе воздушно-пенные огнетушители подразделяются на закачны́е и с баллоном высокого давления. По способу транспортирования к очагам пожара – на переносные (с полной массой до 20 кг) и передвижные (с полной массой до 400 кг). Диапазон рабочих температур – от +5 до +50 °С.

Воздушно-пенные огнетушители предназначены для тушения очагов пожара класса А (сопровождающееся тлением горение твёрдых материалов, таких как дерево, бумага, ветошь и т.д.) и класса В (горение жидкостей или твёрдых тел, превращающихся в жидкости).

Воздушно-пенный огнетушитель не может быть применён для тушения веществ, горение которых происходит без доступа воздуха (таких как хлопок, пироксилин и т.п.), горящих металлов (щелочных, таких как натрий и т.п., и лёгких, таких как магний и т.п.).

(Из Типовой инструкции по применению и техническому обслуживанию огнетушителей на энергетических предприятиях)

И ходила осень по русской земле. Как ходит странная баба непонятного возраста: по золотым перелескам, промеж деревьев, собирая
в подол хрусткие рыжики.

За спиною кошель с неизвестной поклажей, на голове тёмный платок. Она осторожно и властно разводит в стороны сонливые хвойные лапы, тычет посохом влево и вправо. И древняя песня вплетается в крик журавлей. А женский голос всё тянет и тянет, вот он чуется уже в другой стороне, то затухнет в лесах, то щемяще нависнет над заокольным жнивьём.

Нет конца вологодским, архангельским, заонежским, устюженским, печорским и мезенским лесам! Порою осень дует на них, обдавая мокрым широким ветром. И тогда глухой недовольный гул валами идёт на тысячи вёрст, неделями катится от Белого моря.

Тайга глухо шумит, словно вторит своему собрату $–$ полночному океану. Ветры сдувают с лона бессчётных озёр заповедную синеву, рябят, морщат и осыпают мёртвой листвой плёсы великих северных рек. Дыхание этих ветров то прохватывает тайгу болотной сединой, то вплетает в неё золотые, оранжевые и серебристо-жёлтые пряди. Но сосновым и еловым грядам всё нипочём, они всё так же надменно молчат <...> грозно
и страшно гудят, вздымают свои возмущённые гривы, и тогда могучий всесветный шум снова катится по бескрайней тайге.

(По В.И. Белову)

Когда-то в России был такой возраст – отрочество. Недаром
Л.Н. Толстой так и назвал три части своей трилогии: «Детство», «Отрочество», «Юность».

В самом главном нашем Академическом словаре написано, что отрочество – «возраст между детством и юностью».

По-моему, довольно непонятное пояснение. Когда кончается детство? У всех по-разному. У одних – в шесть лет: они уже и младших нянчат, и по хозяйству родителям по-взрослому помогают. А у некоторых оно и в 40 лет ещё не кончилось.

Вот в словаре В.И. Даля про отрочество сказано более чётко: это пора «от 7 до 15 лет».

Потом, в советское время, эта самая пора куда-то подевалась... «Советские дети» – а потом сразу «советская молодёжь».

Та власть давно кончилась, и уже нельзя её спросить: почему ей так не нравилось это слово. Но этот возраст – отрочество – всё равно существует. И он, может, самый важный в жизни человека.

В это время складываются привычки. Хорошие или плохие, <...> на всю жизнь. Совершаются благородные поступки, потому что тяга к добру ещё не задавлена, не скорректирована корыстными или ещё какими-нибудь расчётами. Принимаются серьёзные решения. И некоторые люди следуют тому, что решили в отрочестве, всю свою жизнь.

В это важное, но короткое время или прочитываются некоторые книги, или не прочитываются уже никогда.

(По М.О. Чудаковой)

В искусстве давно живёт истина, что «стиль – это человек». То есть если мы имеем дело с музыкантом, артистом, писателем достаточного художественного уровня, то все его произведения определяются неповторимым, уникальным сочетанием его личности, его творческих способностей и его жизненного опыта. И поскольку <…> сочетание неповторимо, то искусство имеет бесконечное разнообразие и в веках, и
у разных народов.

Уже несколько десятилетий в мировой литературе, музыке, живописи, скульптуре проявляется упорная тенденция не в рост, а под уклон, не
к высшим достижениям человеческого духа и мастерства, а к разложению их в дёрганой и лукавой «новизне». Для украшения общественных мест выставляются скульптуры, эстетизирующие прямое уродство, и мы уже не удивляемся этому. А если бы инопланетяне стали ловить из эфира нашу сегодняшнюю музыку – как бы они могли догадаться, что прежде у землян были и Бах, и Бетховен, и Шуберт – но отставлены за устарелостью?

Если мы, создатели искусства, покорно отдадимся этому склону вниз, если мы перестанем дорожить великой культурной традицией предшествующих веков и духовными основами, из которых она выросла, мы поспособствуем опаснейшему падению человеческого духа на Земле.

Однако – не верится, что мы до этого допустим. Мы с надеждой ждём оживающего дыхания русской литературы, а затем и прихода свежих сил, наших младших братьев.

Так что же это за общий признак, который определяет развитие всего живого?

Я приведу тебе ряд примеров, а ты постарайся найти в них то общее,
о чём мы сейчас говорим.

Превращение зерна в полновесный колос...

Ход сёмги на нерест через тысячи вёрст и сотни порогов...

Удивительная метаморфоза: превращение неуклюжей мохнатой гусеницы в многоцветную бабочку, прихотливо, невесомо порхающую между цветов...

Догадался? Нет?

Тогда ещё один пример. Помнишь, как мы однажды шли с тобой по асфальтированной улице и вдруг увидели, как асфальт в одном месте вздыбился, вспучился и треснул. Подойдя к этому разлому асфальтброни, мы увидели, что под разломом торчит головка гриба шампиньона.

Думаю, теперь всё стало на место, всё тебе понятно; общее во всех этих случаях $–$ это реализация себя, своих внутренних возможностей, своей сути. Все эти примеры говорят о неукротимой силе жизни, заложенной в семени, зерне, спорах. В каждом из этих случаев живое существо с невероятной силой стремится проявить себя до конца и стать именно тем, чем оно должно быть (а не застыть, отдыхая, в состоянии эмбриона).

Конечно, этот биологический закон распространяется и на людей. Человек, подобно всему живому, подлинно счастлив тогда, когда он раскрывает свои внутренние возможности и конкретно реализует <...> то, что в нём заложено.

(По Ю.А. Андрееву)

Создание искусственного разума – одна из главных задач и ближайших перспектив современной цивилизации. Чтобы научить машину мыслить, человеку нужно поделиться с ней секретами творческого мышления. Более того, человеку нужно научить её пользоваться приёмами творческого мышления, чтобы искусственный интеллект приобрёл способность
к саморазвитию и мог в перспективе превзойти человеческий.

Научить машину мыслить трудно прежде всего потому, что она слишком много знает и помнит, её информационные ресурсы способны превысить ресурсы мозга человека. Все факты и их комбинации у машины уже «в голове». Зачем же придумывать новое? Машина, особенно если это современный мощный компьютер на квантовой основе, – сверхэрудит. В её огромной, практически безграничной памяти есть не только все когда-либо
и кем-либо созданные тексты, но и все параметры элементарных частиц, составляющих Вселенную, их свойства и отношения. О чём же ей мыслить, если она и так уже всё знает? Может быть, вообще мышление – следствие ограниченности человеческого знания, своеобразный компенсаторный механизм, развившийся из-за нехватки информации? <...> если это так, то именно эта благословенная нехватка привела к эволюции природы человека, к созданию цивилизации («несчастье помогло»).

(По М.Н. Эпштейну)

В Россию пришёл Пушкинский праздник... Время неумолимо, но Александр Сергеевич, как и сама Россия, был, есть и будет нашей духовной сущностью на все времена. Думаю, что для поэта, живущего вне времени, не было привычного нам понятия прошлого и будущего: прошлое жило в нём,
в настоящем жил он сам, будущее прозревал его гений.

Пушкин для нас есть сама Россия, сама русская душа – загадочная
и непонятная. Он искал национальный характер, прозревая будущее. В его стихотворении «Странник» удивительным и непостижимым образом угадывается характер Льва Николаевича Толстого, появление которого Пушкин предчувствовал. Случайность? Совпадение? Нет! Это гениальное прозрение.

Пушкин – явление национальное мирового масштаба. Языки, судьбы
и характеры народов подобны рекам, опоясывающим планету. Пушкин мог войти в любую из этих рек, не рассыпаясь по дну мелкой галькой,
а растворившись в реке, <…> становился вселенским потоком.

Он никогда не был за границей. Но в нём текла испанская кровь, когда он жил страстью Дон Жуана и мудростью Лепорелло. Вместе с Моцартом он слушал слепого скрипача в трактире в Вене. Страдал на пиру во время чумы, охватившей Европу.

Народ у поэта безмолвствует. Он безмолвствует, потому что отдал своё слово, свой язык и характер своему гению. Хранить Пушкина – значит сохранять русский народ.

Пушкин – сердце России. И пока бьётся это сердце, Россия жива
и непобедима!

(По К.В. Скворцову)

Иногда чрезвычайно важно осветить по-новому какое-нибудь знакомое и, по-видимому, хорошо изученное явление его обновлённой проблематизацией, открытием в нём новых сторон с помощью ряда определённо направленных вопросов. Особенно <…> важно в тех областях, где исследование переобременено массой щепетильных и детальных, но лишённых всякого направления описаний и классификаций. При такой обновлённой проблематизации может оказаться, что какое-нибудь явле­ние, представлявшееся частным и второстепенным, имеет принципиаль­ное значение для науки. Удачно поставленной проблемой можно вскрыть заложенные в таком явлении методические возможности.

Таким в высшей степени продуктивным «узловым» явлением представляется так называемая чужая речь, то есть синтаксические шаблоны «прямая речь», «косвенная речь», «несобственно-прямая речь», модификация этих шаблонов и вариации этих модификаций, которые мы встречаем в языке для передачи чужих высказываний и для включения этих высказываний именно как чужих в связный моноло­гический контекст.

Исключительный методологический интерес, при­сущий этим явлениям, до сих пор совершенно не оценён. В этом на поверхностный взгляд второстепенном вопросе синтаксиса учёные не сумели увидеть проблемы огромной общелингвистической и принципиаль­ной важности.
И именно при социологическом подходе к изучению языка вскрывается вся методологическая значительность, вся показательность этого явления.

(По В.Н. Волошинову)

Для диалогической речи характерно употребление готовых языковых формул, речевых клише, не подлежащих членению, близких
к фразеологизмам. Часто встречаются в диалоге и лексически несвободные синтаксические построения. Лексика и фразеология, характерные для диалогической речи, относятся в работах по стилистике к общелитературной разговорной лексике. Наиболее общим признаком такой лексики является её бóльшая эмоциональная окрашенность по сравнению с книжной лексикой.

В диалоге участвуют два человека или несколько лиц, которые могут обмениваться разноплановой информацией, по-разному оценивать эту информацию. Участники диалога могут активно использовать в речи мимику, жесты. Коммуникативными особенностями диалога являются привязанность к определённой речевой ситуации и смена коммуникативных ролей по ходу общения: каждый его участник выступает то в роли слушателя, то в роли говорящего. Существенной особенностью диалога является необходимость следовать за ходом мысли собеседника, порой неожиданным, приводящим к смене тем. С <…> особенностью связаны спонтанность реакций, невозможность заранее спланировать ход диалога.

К социально-коммуникативным характеристикам диалога относится его принадлежность к таким разновидностям общения, как социальный контакт, деловой разговор и свободная беседа. Социальный контакт преобладает в социально-бытовой сфере, например при общении между продавцом и покупателем, кассиром и пассажиром. Деловой разговор типичен для профессиональной, учебной, научной, социально-политической сфер деятельности. Свободная беседа имеет место в быту, при встрече друзей, коллег, родственников, попутчиков.

(По М.Л. Вайсбурд, Е.А. Колесниковой)

Оставляя пока в стороне все материальные выгоды, которые мы получаем от науки, обратим внимание на ту её сторону, которая доставляет нам внутреннее удовлетворение и служит главной причиной нашего духовного развития. Цель изучения наук и переработки тех сведений, которые они доставляют, есть формирование в нас личности, именно личности, то есть совокупности таких идей и убеждений, которые бы составили собой неотъемлемую принадлежность нашего «я». <...> человек представляет собой независимое и обособленное целое.

Быть цельным, быть самостоятельной единицей, то есть иметь своё действительно своим, – идеал образованного и культурного человека. Но приобрести убеждения, которые бы образовали в нас личность, можно лишь путём долгого и упорного изучения наук. Имея свои убеждения, мы становимся в определённое отношение к окружающим людям, обществу, государству, и это уже должно доставить нам большое удовлетворение. Да, кроме того, одно чистое знание без всякого употребления его на выработку миросозерцания уже служит для человека источником высоких наслаждений.

Выгоду образования можно сравнить с урожаем на земле крестьянина. Ранней весной он начинает свои полевые работы и трудится всё лето, несмотря на страшно изнуряющую жару, в поле, где нет ни одного дерева, которое бы могло скрыть его под свою тень. Но честно потрудившегося крестьянина ожидает удовольствие отдыха и полного материального достатка на круглый год.

(По А.Ф. Лосеву)

Для «Блокадной книги» мы прежде всего искали дневники блокадников – они были дороже, чем личные свидетельства. Особенность любого дневника – достоверность; обычно автор излагает не прошлое,
а сегодняшнее, он не столько вспоминает, сколько делится своими воспоминаниями, сообщает новости, рассказывает то, что произошло сегодня.

Большой террор, репрессии отучили питерцев вести дневники. Занятие стало слишком опасным. В блокаду эта естественная потребность вернулась с неожиданной силой, люди почувствовали себя участниками истории, <...> захотелось сохранить, записать неповторимость происходящего. Но было ещё одно обстоятельство – появилось сокровенное ощущение духовной пищи; удивительно, но дневник помогал выживать. Умственная работа, духовное осмысление поддерживали. После публикации «Блокадной книги» нам стали приносить дневники; вдруг оказалось, что, несмотря на все ужасы, страдания, люди записывали подробности своей жизни.

Вот дневник главного инженера Пятой ГЭС, бесценный именно своими деталями.

9 января 1942 года: «Остались без топлива больницы, госпитали, дома, уголь стал для Ленинграда кровью, и этой крови всё меньше».

14 января: «Окончен монтаж котла под антрацит. Нет здорового человека, пригодного для ручной заброски в котёл угля».

Я цитирую лишь отдельные строчки из этого замечательного дневника, вести́ который было тоже подвигом…

Каждый дневник по-своему передаёт трагедию города. В каждом дневнике есть талант наблюдательности, понимание того, как драгоценны подробности этой невероятной блокадной жизни людей.

(По Д.А. Гранину)

Статья 15

1. Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на <…> территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации.

2. Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

3. Законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения.

4. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

(Из Конституции Российской Федерации)

Обязанности пешеходов

4.1. Пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии – по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках без двигателя, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создаёт помехи для других пешеходов.

При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. Лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, ведущие мотоцикл, мопед, велосипед, в этих случаях должны следовать по ходу движения транспортных средств.

При переходе дороги и движении по обочинам <…> краю проезжей части в тёмное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населённых пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

(Из Правил дорожного движения)

Здесь, в самом центре каменного хаоса, рождается река Казыр, отсюда она начинает свой стремительный бег к Енисею. Жизнь этой реке дают лёд и солнце, и казырская вода унаследовала от них заоблачный холод и вечную энергию. Силён Казыр, не везде перебродишь его, не везде переплывёшь – упругая струя подхватит смельчака, разобьёт на рыжих ослизлых валунах…

Но главное препятствие на Казыре – пороги. В одном месте вся река собирается в узком гранитном горле, в другом – прорывается по длинному коридору, в третьем – прыгает по ступенчатым лбам. Есть порог, который тянется на семь километров, и в солнечный день стоит над каждым его сливом цветистая радуга…

Долго беснуется Казыр, пока не расступятся горы и плавные увалы не смирят <…> буйный норов.

Вдоль Казыра – непролазная тайга. На взгорках – лохматые кедровники, ложбины забиты кронами елей, к сырым низинным местам собираются пахучие пихты, чтобы в полую воду вволю пошлёпать по мутной волне широкими лапами. В таком лесу тихо и сумрачно. До земли свисает с веток седой мох, гниют внизу остатки поживших своё лесных великанов. Встречаются по берегам Казыра чёрные гари, на добрую сотню километров протянулся гибник – лес, съеденный вредителями: сибирским шелкопрядом и монашенкой. Древесные скелеты подтачиваются червями и падают от ветра. Ни зверь не живёт на этом лесном кладбище, ни птица. Только вечный труженик дятел долбит и долбит сухие стволы.

(По В.А. Чивилихину)

Экспедиции прибывают в Антарктиду на кораблях. Поэтому тут хорошо прижились морские слова: «камбуз», «аврал», «кают-компания»…
В кают-компании Мирного, а если просто – в столовой, собрали всех новичков, и начальник станции сказал:

– У нас тут маленький коммунизм. Денег нет. Еды – сколько хочешь. Работы тоже навалом. Одним словом, так: от каждого по способности…

Насчёт техники безопасности. Надо беречься трещин. Ну, а самое главное – это чтоб пузыри не пускать – тоска там по дому и прочее. Чтоб этого не было! Смелость нужна. Осторожность тоже нужна. Вот рядом трещины. Не то что человек – трактор нырнёт, как будто и не было трактора. Туда – ни шагу! Особо корреспондентов предупреждаю. Если кому не терпится поглядеть – скажи. Возьмём верёвку, шесты – как положено. Ну, что ещё?.. Надо остерегаться солнца, особенно губы сгорают. И глаза прячьте. Без тёмных очков нельзя…

После такой беседы мы поняли: покорять Антарктиду трудно, <...> можно. Сразу захотелось поглядеть на эти глубокие трещины. Они действительно рядом. Толщина льда – метров тридцать, и во льду трещины. У края прозрачный голубой лёд. Глубже лёд становится тёмно-синим,
а в самой глубине – чернота. Столкнули пустую бочку. Замирающий гул,
а потом жуткая тишина. Даже с верёвкой и шестами это место лучше
всё-таки обходить. Трещину присыпало снегом – настоящее минное поле.

(По В.М. Пескову)